Армянский переулок получил свое название от поселения армян XVII — XVIII вв. К тому времени здесь были и усадьбы именитых людей: предка великого поэта стольника Петра Пушкина, боярина А. С. Матвеева, князей Милославских.
Переулок не подвергся разрушительному пожару 1812 г. По рассказам, армяне попросили телохранителя Наполеона мамелюка Рустама (армянина по национальности) выделить им для охраны отряд солдат, отстоявший их дома от огня.
Дом № 1 в начале Армянского переулка был построен в 1901 — 1905 гг. архитекторами П. К. Микини (угловая с Кривоколенным переулком часть) и В. А. Властовым. В конце XVIII и начале XIX в. участок принадлежал графу А. Ф. Санти. Его наследником был в 1831 г. продан Е. Л. Тютчевой, матери известного русского поэта. Семья ее жила здесь до ноября 1840 г. В середине XIX в. тут обосновались издатели популярного журнала «Русский вестник» и газеты «Московсские ведомости» М. Н. Катков и П. М. Леонтьев.
Соседнее домовладение (№ 3) было когда-то небольшой усадьбой — здесь сохранились каменные палаты конца XVII в., принадлежавшие в 1701 г. стольнику И. И. Протопопову. Возможно, что кроме двух каменных этажей был и третий — деревянный, куда вела внутристенная лестница, идущая сейчас на чердак. Здесь открыт интересный музей, посвященный истории московского освещения. Этот участок, как и участок № 5, в XIX в. принадлежал армянской церкви Воздвижения. По челобитной ювелира Ивана Лазарева в 1770 г. Екатерина II дозволила выстроить армянские церкви в Санкт-Петербурге и Москве, «на таком основании, как и Католические церкви состоят». По одним сведениям, армянская Воздвиженская церковь была построена в 1779 г., а по другим — в 1781 г. Авторство ее проекта приписывается Ю. Фельтену, но среди его чертежей этой церкви нет. При обновлении церкви в 1829 г. ее украсил своими скульптурами И. П. Витали. Считалось, что армянские церкви (они в официальных документах даже не назывались «церквами», а «кирками», как и лютеранские) не могут использовать колокольный звон. Только в 1866 г. было позволено выстроить колокольню по проекту петербургского архитектора В. И. Собольщикова. В 1938 г. здесь все сломали и выстроили типовое здание школы. В доме № 7, построенном в 1899 г. архитектором А. В. Ивановым, жил знаменитый русский физик П. Н. Лебедев. На углу со Сверчковым переулком — большое здание, три этажа которого выстроены в 1874 г. (архитектор А. Е. Вебер). В 1924 г. он назывался домом-коммуной ОГ-ПУ и там насчитывалось 705 жильцов. Позже оно было надстроено, а в конце 1970-х гг. это когда-то жилое здание приспособили для учреждения. Об этом доме рассказал писатель Ю. М. Нагибин, который мальчиком жил здесь.
В XVII в. здесь стояли палаты боярина Матвеева, где часто бывал царь Алексей Михайлович и где, по преданию, он «высмотрел» воспитанницу боярина Наталью Нарышкину, ставшую царицей и матерью Петра Великого. По словам иностранного путешественника Якова Рейтенфельса, из всех боярских домов Москвы «пальма первенства вполне заслуженно принадлежит изящнейшему дворцу боярина Аргамона Сергеевича». Другой иноземец, секретарь австрийского посольства Адольф Лизек, побывавший в Москве в 1675 г., вспоминал о том, что переговоры с послом велись в доме у Матвеева: в его доме «потолок залы был разрисован; на стенах висели изображения Святых Немецкой Живописи; но всего любопытнее были разные часы с различным исчислением времени… Едва ли можно найти что-нибудь подобное в домах других Бояр. Артамон больше всех жалует иностранцев (о прочих высоких его достоинствах говорить не стану), так что Немцы, живущие в Москве, называют его своим отцом; превышает всех своих соотчичей умом, и опередил их просвещением». При палатах, «особо в саду», была и домовая церковь св. Троицы, называвшаяся «на Поварне», выстроенная в 1694 — 1695 гг. и богато расписанная Андреем Артамоновичем Матвеевым в память погибшего отца. Церковь была разобрана из-за ветхости в 1785 г. тогдашней владелицей княгиней А. И. Мещерской.
В доме у Тютчевых останавливался декабрист Д. И. Завалишин и жил член «Союза благоденствия» А. В. Шереметев. Женатый на его сестре декабрист И. Д. Якушкин был арестован 2 января 1826 г. в этом же доме.
В 1831 г. Тютчевы продали дом Попечительству о бедных духовного звания, которое устроило в нем богадельню, называвшуюся по фамилии благотворителя горихвостовской. Она оставалась здесь и в 1920-х гг., но называлась уже домом соцобеспечения имени Некрасова. Об этом доме однажды рассказывал Илье Ильфу знакомый, участвовавший в концерте для его обитателей. «Вспомнил, как в комнату, где стояло потрепанное пианино, бесшумно сползались старушки в серых, мышиного цвета, платьях, и как одна из них после каждого исполненного номера громче всех хлопала и кричала: „Биц!“ Ну, и еще последняя, совсем уже пустяковая деталь: парадная дверь была чертовски тугая и с гирей-противовесом на блоке. Я заприметил ее потому, что проклятая гиря — когда я уже уходил — чуть не разбила мне футляр со скрипкой… Прошло некоторое время, и, читая впервые „Двенадцать стульев“, я с веселым изумлением нашел в романе страницы, посвященные „2-му Дому Старсобеса“.. И до сих пор я не могу избавиться от галлюцинаций: все чудится, что Альхен и Паша Эмильевич разгуливают по двору невзрачного особняка в Армянском переулке».
Последний дом в переулке (№ 13) скрыт в глубине двора, и в переулок выходит лишь торец его. Дом был построен, возможно, в 1740-х гг. княгиней М. С. Голицыной и получил классический облик, очевидно, уже при следующих владельцах из рода Хитрово. В 1798 г. дом приобрели Левашовы.
Это один из московских адресов А. И. Герцена. Дом Левашовых в 1819 — 1821 гг. снимает его отец, «капитан гвардии» Иван Алексеевич Яковлев. Вместе с ним жил и его брат, сенатор Лев Алексеевич — как писал Герцен в «Былом и думах», «…хозяйство было общее, именье нераздельное, огромная дворня заселяла нижний этаж… общая прислуга состояла из тридцати мужчин и почти стольких же женщин». В 1839 г. дом перешел к богатой купеческой семье Корзинкиных, имевших в доме картинную галерею.
Здесь до переезда в собственное здание в Большом Трехсвятительском переулке находилось реформатское училище. В 1914 г. последний до большевистского переворота владелец участка крестьянин И. Н. Шинков задумал сломать старинный особняк и построить на всем участке огромный доходный дом, но помешала этому война. В 1913 г. по линии улицы построили небольшое здание для магазина, в витринах которого в 1919 — 1920 гг. выставлялись карикатуры, телеграммы РОСТА, написанные на больших листах бумаги. «Перед окнами, — вспоминал современник, — стояли люди — в валенках, в сапогах, в шинелях, в пальто. Мерзли, читали. Одно время была телеграмма: „Деникин под Орлом“. Читали молча». В главном доме усадьбы сохранился вестибюль с приземистыми колоннами, а на втором этаже — круглый зал с нишами в углах, где, возможно, когда-то стояли печи.
В начале Армянского переулка — комплекс зданий (№ 2) посольства Армении. Правое здание с классическим фасадом, выходящим на переулок, неожиданно имеет резко отличный от него боковой фасад. Это узорочное здание, украшенное деталями русской архитектуры XVII в. — угловыми колонками, наличниками с разорванными фронтонами, килевидными завершениями, в центре — лоджия с аркой, куда подходило когда-то красное крыльцо. Все это — недавно раскрытые реставраторами каменные палаты, принадлежавшие, возможно, Милославским. Их усадьба была ориентирована в сторону Кривоколенного переулка, куда и выходили парадные ворота усадьбы. В начале XVIII в. она принадлежала «железных заводов держателю» Вахрамею Миллеру, потом князьям Несвицким и Салтыковым и только в XIX в. вошла в комплекс нынешнего армянского посольства. Главное здание посольства стоит в глубине парадного двора, отгороженного красивой оградой с воротами, украшенными статуями львов.
Источник: www.moskva.ru