В Хохловском переулке, до нашего времени сохранились палаты думного дьяка Емельяна Украинцева, который в конце XVII века возглавлял Посольский приказ и заведовал всей внешней политикой России. Именно он ездил в Константинополь заключать мир с турками, когда Петр I готовился к Северной войне. И возможно, именно он привез в Россию Ибрагима Ганнибала — предка Пушкина. Поразительно, но с именем поэта оказался потом связан и сам московский дом Украинцева на Хохловке.
В начале XVIII столетия думный дьяк попал в опалу за «злоупотребления», и в 1709 году его владение перешло другому государственному деятелю, князю М. М. Голицыну, участнику многих петровских баталий и командовавшего в Полтавской битве. А в 1770 году этот дом по игре истории вновь оказался в ведении внешнеполитического ведомства России — сюда на целый век переехал архив Коллегии иностранных дел «для хранения древних хартий и копий с договоров».
Писал о нем один московский поэт на рубеже XIX столетия. Однако архив более известен по другой, пушкинской цитате об «архивных юношах», чопорно глядевших на Татьяну Ларину. В знаменитых строфах упоминалось именно об этом архиве и его служащих — представителях, в основном, «золотой» дворянской молодежи, которая не хотела идти «по военной части», а архив был в те времена очень престижной службой. Среди сотрудников архива — и братья Веневитиновы, и В.Ф.Одоевский, и А.К.Толстой, и С.А.Соболевский. А в первой половине XIX века архивом управлял сам А. Ф. Малиновский, известный московский историк и друг графа Н. П. Шереметева, свидетельствовавший на его свадьбе с Прасковьей Жемчуговой. Именно под его руководством была подготовлена к публикации и впервые напечатана рукопись «Слова о полку Игореве». В этом здании архива Карамзин собирал материалы для «Истории Государства Российского», а Пушкин изучал подлинные документы, работая над «Историей Пугачевского бунта» и «Историей Петра». В мае 1836 года он был здесь в последний раз, и, уезжая домой, писал в дороге жене: «В архивах я был и принужден буду опять в них зарыться месяцев на шесть»… Этому уже не суждено было сбыться — больше Пушкин не приехал в Москву.
В 1874 году архив был переведен с Хохловки на Моховую, а палаты предоставили Московскому отделению Русского музыкального общества — в них разместились классы только что основанной Московской консерватории, еще не имевшей собственного здания на Большой Никитской. Когда его построили, в доме на Хохловке открылась нотопечатня Юргенсона, где впервые были изданы почти все творения П. Чайковского. Сам композитор как-то заметил в шутку, что и сам бы хотел поселиться в старинных, толстых стенах «отставного архива» — в пыльном и знойном, но очень тихом старомосковском переулке.